Фактически отказ от наличных может положить конец теневой экономике, ибо как только информация о финансовых операциях фиксируется в базе данных банка, она запросто попадает в поле зрения полиции, разведслужб, налоговых органов и отделов по борьбе с мошенничеством.
Однако в отслеживании финансовых операций всего населения появляется другая угроза, о которой заявил директор по экономическому активизму Фонда электронных рубежей Рейни Рейтман:
«Отслеживание всех наших платежных операций приводит к созданию целой коллекции данных, над которыми у нас нет никакого контроля. В таких условиях несложно представить себе дерзкого адвоката по разводам или правительственного агента, пытающихся получить доступ к нашей финансовой истории, чтобы состряпать нужную им историю о том, какими людьми мы являемся».
Помимо упрощения контроля финансового потока внутри страны, у преимуществ безналичных платежей есть и другая сторона. Как посчитали исследователи Visa и Roubini ThoughtLab, при переходе на «безнал» в среднем чистая выгода для каждого из 100 городов может составить чуть больше 3% ВВП. Как пояснила генеральный директор Visa в России Екатерина Петлина, в этот показатель входит выгода потребителя, бизнеса и государства.
«Потребитель получает время, удобство, деньги и безопасность. Для бизнеса безналичные платежи выгодны с точки зрения безопасности, уменьшения трат на обслуживание оборота наличных и увеличения оборота от присутствия безналичной формы оплаты. Для государства выгода складывается из налоговых поступлений, оптимизации процессов и усиления безопасности операций», — считает Петлина.
Если рассуждать подробнее, то для потребителя выгода перехода на безналичный расчет заключается в сокращении временных затрат. В среднем потребители тратят 32 часа в год на операции с наличными платежами. По оценкам исследователей, этот показатель можно сократить до 24 часов, если увеличить использование безналичных средств оплаты. А экономия в денежном эквиваленте должна составить 126 млн долларов в год во всех 100 городах.
Выгода организаций просматривается в сокращении чистых прямых затрат, трудовых затрат (автоматизация процессов, снижающих издержки) и увеличении доходов от роста объемов продаж. А государство может сократить административные затраты и увеличить объем налоговых поступлений.
Самая безналичная страна в мире
В 2016 году расчеты банкнотами и монетами в Швеции составили всего 1% от всех платежей. По данным Риксбанка, объем наличных шведских крон в обращении упал со 106 млрд в 2009 году до 65 млрд в 2016 году. А по оценкам профессора Королевского технологического института Никласа Арвидссона, сейчас лишь около половины из них используются населением: остальные либо в банковских ячейках, либо в теневой экономике.
Мотивация шведского правительства к сокращению доли наличных денег в экономике страны заключается не только в борьбе с коррупцией, черным рынком и безопасности. Обслуживание бумажных средств — это банально затратно. Их нужно хранить и охранять, перевозить, пересчитывать, защищать от подделок, чистить и заменять, — на это уходит около 0,5-1% мирового ВВП, по оценкам издания Economist.
Кроме того, изготовление монет обычно обходится в два раза дороже их номинала. К примеру, один цент обходится Монетному двору США в 1,8 цента, а пятицентовая монета — в 9,4 цента.
Что касается непосредственно экономических проблем, то отказ от наличности помогает местным властям бороться с коррупцией и криминалом. По данным исследования Питера Сэндса из Гарварда, основным инструментом теневой экономики являются крупные номиналы банкнот. С помощью сокращения оборота крупных купюр, а теперь уже и оборота бумажных денег вообще, шведское общество «душит» местных теневых дельцов.
Также после массового перехода на безналичные платежи в Швеции значительно сократились случаи уличных ограблений, потому что почти никто не носит с собой «наличку». А карточки или смартфон легко отслеживаются, и у вора мало шансов остаться непоймагным.
К слову, шведы уже и карточками пользуются не столь активно. Более половины населения — почти 5 млн человек — пользуются мобильным приложением Swish, с помощью которого быстро переводить деньги между пользователями. Пользователь может просто ввести телефонный номер или Swish-ID получателя, указать сумму перевода и написать персональное сообщение получателю.
Создатели приложения активно работают с крупнейшими банками страны вроде Nordea, Swedbank, SEB и другими. В 2016 году ежемесячно через Swish проходило 6,4 млрд крон. Поэтому совершенно неудивительно, что во всех точках общепита Швеции размещены объявления с текстом «Мы не принимаем наличные».
О возможной реализации последнего сценария беспокоится старший исследователь кафедры «Финансы, платежи и электронная коммерция» бизнес-школы «Сколково» Егор Кривошея, он же руководитель вышеприведенного исследования:
«Безналичная экономика может начать рушиться, если, например, государство не очень правильно будет внедрять технологии распределенных реестров, как, например, сейчас происходит с Венесуэлой, которая внедрила криптовалюту El Petro на публичном блокчейне. Если такие инициативы станут повсеместными, вполне вероятно, что безналичная экономика завернет куда-то не туда».
Кривошея предлагает развивать безналичную экономику, искусственно сокращая присутствие наличных денег. Поскольку сейчас в стране существует множество барьеров для моментального перехода на «безнал». К примеру, для малого и среднего бизнеса весьма затратно приобретать оборудование для обслуживания безналичных платежей.
Стоит также учитывать, что сейчас почти 60% населения расплачиваются преимущественно наличными. А среди людей пенсионного возраста более 2/3 не умеют пользоваться пластиковыми картами. Таким образом, как эмитентам «пластика», так и государственным финансовым регуляторам необходимо будет серьезно потратиться на продвижение тренда безналичных платежей и соответствующую инфраструктуру, чтобы переход произошел как можно мягче.
«Безналичная экономика — это не то же, что и мир без наличных, — напоминает Егор Кривошея. — В безналичной экономике создается равенство всех методов оплаты, а для участников рынка не существует дополнительных барьеров при выборе того или иного метода».
Тем более, судя по тому, что доля безналичных платежей в России растет довольно медленно, в сфере денежно-товарного обмена в обществе остается еще много операций, из которых довольно проблематично вырвать с корнем «живые» деньги.
По прогнозу руководителя управления анализа валютных рисков Dukascopy Bank SA Евгения Абрамовича, в России доля наличных платежей в розничном товарообороте может снизиться до 30% только через лет, хотя и это слишком оптимистичный сценарий.