Вице-президент «ВымпелКома» по развитию цифрового и нового бизнеса Джордж Хелд — настоящий человек эпохи гаджетов. Мы побеседовали с ним о пугающих общество технологиях, будущем роботов, «местах силы» и о многом другом.
— Когда я готовилась к интервью, то с удивлением узнала, что вы коренной петербуржец и окончили Санкт-Петербургский технологический институт. При этом на рынке многие считают вас экспатом. Расскажите историю вашей семьи, наверняка она очень интересна.
— Мои предки — из Голландии, они прибыли в 1703 году с Петром I в Петербург, чтобы строить корабли, да так здесь и остались. Фамилия Хелд, кстати, в переводе означает «герой».
Я родился в Санкт-Петербурге, но на последнем курсе института получил стипендию для учебы в одном из ведущих университетов США (Массачусетском технологическом институте — FP). И я поехал туда учиться и работать — вышел такой крюк. Все время пребывания в Америке я мечтал вернуться на родину, но уже как высококлассный специалист с международным опытом.
— Скучали по России?
— Мне всегда хотелось вернуться. Я был экспатом достаточно долго — работал в Азии, Африке, на Ближнем Востоке. Последним местом за границей стал Дубай. Когда я вылетал из него в конце ноября, чтобы продолжить карьеру в Москве, там было 42 градуса тепла, а в российской столице — минус 25 и снег. Удивительное ощущение!
Когда я жил в других странах, меня не покидало ощущение, что я не стану там своим. При всем моем профессиональном опыте. Никогда не вникну в какие-то нюансы, которые понятны родившимся там людям. Я долго шел к тому, чтобы это понять. Представьте Дубай: искусственные острова, небоскребы, самый большой в мире аквариум, все интересное, технологичное. Но есть ощущение, что ты — не часть этого, гость. Да, ты говоришь по-арабски, понимаешь местную культуру, потому что достаточно долго там живешь, но все равно это не то. И в какой-то момент ты осознаешь, насколько важно вернуться на родину и привезти с собой полученные знания.
— В «ВымпелКоме» вы занимаетесь цифровыми технологиями. Что вас привлекает в этой сфере?
— На самом деле это самое интересное, чем можно заниматься в настоящее время. Потому что цифровые технологии революционно изменяют отношения между людьми и окружающим миром. Big data, современные чат-боты, роботы — это направление, куда будет двигаться человечество ближайшие пять — десять лет.
— Любопытно, какие приложения установлены на вашем смартфоне. Покажете?
— Их множество — это и мессенджеры, и почтовые клиенты, и приложения «Билайна». Но есть также специфичные. Я играю на кларнете, поэтому у меня установлено несколько программ-метрономов. Это на самом деле очень интересный пример того, как цифровые технологии заменяют, казалось бы, незыблемые вещи. Представляете, долгое время музыканты пользовались механическими метрономами, а тут абсолютно то же самое, с теми же функциями, но в смартфоне. Мы действительно живем уже в другом мире.
— Наверняка вы очень любите гаджеты. Какими пользуетесь в повседневной жизни?
— Во-первых, это смарт-часы. Они постоянно со мной и очень полезны при занятиях спортом. Еще один интересный гаджет находится в моем кабинете (подводит к большому интерактивному экрану). Это практически мини-офис, благодаря нему я могу посмотреть любой телефон или другое устройство из тех, что мы продаем, узнать его характеристики, выбрать аксессуары. Могу попросить мне его принести и даже оплатить прямо на этом же экране (тут же при нас делает это). Вы наверняка знаете, что у меня в руке встроен чип. Так вот, я только что заплатил своей рукой за этот продукт.
— Да-да, много говорят о том, что вам под кожу вшит чип, который позволяет расплачиваться в магазинах и проходить в метро. Расскажите об этом поподробнее.
— Это абсолютно новый экспериментальный продукт, мы его придумали, когда писали диссертацию в Массачусетском институте. Вот, потрогайте. Я его устанавливал в Дубае. Он маленький, примерно сантиметр в длину и два миллиметра в толщину, находится под кожей. В этом чипе у меня кредитная карточка, паспорт, туда встроены мои пропуска. Он позволяет войти в офис, заплатить за кофе — очень удобно. У него нет срока годности, никакую информацию вовне конкретно этот чип не передает. Хотя есть другие версии, которые мы сделали, с функцией геолокации. С помощью них можно найти человека или животное. На самом деле такими вещами уже активно пользуются. Например, в Испании все собаки обязательно должны быть чипированы. А вот с точки зрения использования людьми все не так просто.
— Почему?
— По этическим соображениям. Насколько человеческая раса готова к таким инновациям? С одной стороны, очень прикольно, когда я прихожу в какое-нибудь хипстерское место, плачу за кофе рукой, все в абсолютном восторге, интересуются, спрашивают, как это происходит. Но повседневная жизнь совершенно другая — и не каждый будет рад подобным нововведениям.
Была у меня такая история. Я опаздывал куда-то. Зашел в метро — я передвигаюсь на общественном транспорте — и понял, что забыл телефон с кошельком. Но поездку оплатить как-то нужно! Прикладываю руку к валидатору, створки открываются, прохожу через турникет. Тут свисток. Сбегаются ко мне пять бабушек, откуда-то появляется наряд полиции, мне приходится долго объяснять, что я не пытаюсь украсть у государства 55 рублей, а на самом деле только что заплатил, это не обман. К чему я это рассказываю — мы как люди, как общество, пока что к таким технологиям не готовы.
Похожая история была с Google Glass. Поначалу многие восхитились этим продуктом, но он не взлетел точно по той же причине. Хотя, казалось бы, что тут такого: предположим, я общаюсь с вами в Google Glass, устройство распознает ваше лицо, я сразу делаю поиск, вижу ваш последний пост в «Фейсбуке», смотрю профиль, который открыт и в котором вы сами разместили информацию. Но вас, как и многих людей, может это смутить.
Когда я жил в Дубае, заметил, что если прогуливаться в Google Glass по самому большому и современному торгово-развлекательному центру в мире Mall of Emirates, то девушки просто разбегаются, потому что думают, будто ты их видишь обнаженными. Конечно, это не так, но реакция довольно предсказуемая. Когда мы чего-то не знаем, мы этого боимся.
— Каким вы видите будущее в перспективе, скажем, двадцати лет?
— Я думаю, что в ближайшие пять — десять лет к успеху придут гуманитарии. Да-да, ведь рутинные, вычислительные операции могут производить машины, роботы. А люди как раз и будут создавать будущее, решать вопросы этики, придумывать что-то новое. Этого роботы не умеют!
— Как вы вообще относитесь к тому, что вокруг все больше «умных домов», ботов, которые уже научились общаться между собой. Люди перекладывают на плечи машин все новые и новые функции. Не деградирует ли человечество в будущем?
— Давайте поговорим о том, что будет делать робот, а что — человек. Да, машины продолжат решать какие-то вопросы, которые нам, людям, просто неинтересны. А мы будем заниматься креативными вещами. Например, моя старшая дочь планирует в будущем посвятить себя генной инженерии и биохимии. Так вот, в этих областях уже активно применяются роботы, а через 10—15 лет они станут выполнять практически всю «грязную работу». Люди же будут генерировать идеи и принимать решения.
Или взять «Билайн». У нас более половины запросов в текстовых каналах колл-центра уже обрабатывается чат-ботом. Поэтому будущее, в котором мы окружены роботами, на самом деле наступило. Правда, пока не все это осознают.
Мне кажется, самая интересная трансформация будет происходить с Интернетом. Объем информации вокруг нас огромный, человек в ней иногда просто теряется. Пример из индустрии медиа и телевидения: мы 75% времени ищем фильм — не смотрим, а именно ищем. А значит, нужны системы, собирающие и анализирующие информацию, выдающие ее пользователю в удобной форме и в правильный момент. Над этим уже многие работают, достаточно вспомнить голосовых помощников Siri или Alexa. Это как раз то направление, в котором движется Интернет.
— А что с рынком связи?
— Его в ближайшее время тоже ждут изменения. Ведь то, как мы общаемся сейчас, на самом деле не очень удобно: разговариваем по телефону, строчим бесконечные сообщения. Поэтому будущее за Интернетом вещей, за машинами, которые выведут общение на новый уровень. Предположим, через несколько лет некая бабушка потеряется в Перми, в центре города. Она растеряна, не знает, куда ей идти. Но ее окружают датчики, камеры и микрофоны, которые понимают, где она находится, могут идентифицировать ее по голосу, получить ее данные и отыскать родственников. А значит, она просто произносит в пространство: «Билайн», где мой сын?» И вся эта сеть устройств находит ответ и правильно общается с бабушкой, чтобы ей помочь. То есть благодаря технологиям мы переводим общение на другой уровень, более интересный и удобный.
— Вас нечасто можно увидеть в пиджаке и галстуке. Офисный стиль вам не близок?
— Я вообще про стиль не думаю. Самое главное в одежде, чтобы она была удобной, не мешала мыслить. И это не обязательно должно быть что-то совсем неформальное. Например, некоторое время назад у нас был корпоратив, на который я пришел в смокинге с бабочкой. И мне тоже было удобно.
— Что любите делать в свободное от «Билайна» время? Как отдыхаете?
— Вот здесь у меня все интересно. У нас с женой необычные взаимоотношения — она живет с детьми в Португалии, и я каждые выходные туда летаю. Мы специально приняли такое решение, потому что наши дела требуют от нас много времени и эмоций. Обычные, «правильные» семейные взаимоотношения — когда вы приходите домой в шесть часов, едите суп и так далее — нам не подходят. Все становится слишком обыденным, пропадает радость встречи. Мы сознательно живем в разных странах, но когда встречаемся на выходных, то полностью отдаем себя семье, друг другу. Поэтому и отношения более яркие, и дети больше ценят время, проведенное с нами. Так что с этой точки зрения у меня даже не выходные, а мини-отпуска. Мы называем это work hard play hard.
— А если говорить про будние дни, как вы отдыхаете, переключаетесь?
— У меня есть секрет. Минимум 20 минут в день я стою перед окном своего кабинета и размышляю. Выключаю телефон, закрываю компьютер, чтобы дать себе возможность просто подумать. При огромной занятости у нас на это совсем не остается времени, нас поглощает рутина. Поэтому такие перерывы обязательно нужно делать.
Еще я каждый день минимум час играю на кларнете. Это позволяет мне полностью отключиться от окружающего мира, расслабиться. И включить креативное мышление.
— Ваши дети гаджетозависимы?
— Не сказал бы. У меня две дочери — шести и четырнадцати лет. Как и все в нашей семье, они следуют правилу: в шесть вечера складывают гаджеты в специальную коробочку, из которой их можно забрать только через несколько часов. Это время мы проводим за семейным ужином, в общении друг с другом.
Еще пример: недавно моя старшая дочь пришла ко мне и говорит, что хочет такой же чип, как у меня. Я спросил, зачем. Она ответила, что будет платить в школьной столовой прикосновением руки. Естественно, так она станет очень популярным человеком в своей среде. Мы посоветовались с женой и решили, что будет неправильно, если мы примем за нее такое решение. Пусть она позже принимает его сама, когда ей исполнится 18 лет.
— На чтение времени хватает? Что из последнего запомнилось?
— Я пользуюсь для чтения гаджетом — электронной книгой, это удобно. И недавно, например, с огромным удовольствием перечитал «Войну и мир». В детстве, как и все дети, я ее не любил, а теперь она меня поразила! Эту книгу интересно читать именно в оригинале, когда ты перескакиваешь с одного языка на другой, видишь французское влияние на культуру того времени. И это гораздо лучше, чем покупать какие-то книги про Стива Джобса, которые регулярно печатаются.
Я вообще не верю в литературу по самосовершенствованию. Потому что это все не работает. Важно, как человек относится к жизни, как смотрит на какие-то вещи, что для него срабатывает, а что нет. Общих инструкций вроде «семи способов стать успешным» быть не может.
Помимо классической литературы я очень люблю научную фантастику. Ведь многие из придуманных писателями футуристических вещей со временем становятся реальностью. За этим очень интересно следить. А еще я сейчас читаю Сократа. Потому что мне интересно, какое было мышление в те времена.
— Есть ли у вас «места силы», куда вы едете, чтобы отдохнуть, подумать, восстановиться?
— На самом деле такие места у меня есть практически в каждой крупной мировой столице. В Питере это Мариинский театр, в Москве — Большой театр и Концертный зал Чайковского.
В Санкт-Петербурге я всегда обязательно хожу в консерваторию, чтобы встретиться со своим профессором, с людьми, которые посвятили себя музыке. Это позволяет мне отвлечься от телекома, дает силы мыслить и изобретать. Мы сейчас совершенствуем «Мой Билайн», который позволяет делать общение удобнее. Так вот его стратегия была создана, когда я играл третью часть концерта Моцарта — это помогло мне полностью сконцентрироваться на креативных вещах.
— И последний вопрос: какой у вас девиз по жизни?
— Он звучит так: «Всегда пробуй». Все что угодно. Потому что самое страшное — это не пробовать. Не сделать, а потом думать: «А я мог бы, но побоялся!» Разница между Марком Цукербергом или Илоном Маском и остальными людьми в том, что они попробовали. Даже не обязательно, получится или нет, вы все равно получите ценный опыт. Успех всегда построен на ошибках, и не нужно этого бояться.
Джордж Хелд, Антонина Самсонова
Источник: finparty.ru