Журналисты центральных российских телеканалов облачились в ПАСЕ в майки #FreeSavchenko, официальные лица выражают озабоченность физическим состоянием украинской оппозиционерки, но федеральные телеканалы, равно как и госчиновники, упорно молчат о судьбе как минимум двадцати граждан России, томящихся в украинских тюрьмах.
Российские медиа сообщают, что в украинских застенках Надежда Савченко заметно похудела, осунулась, у нее начали крошиться зубы. Разве сравнишь нынешнюю Надю с Надей периода голодовки в узилище кровавой гебни, той самой голодовки, продолжительность которой побила все известные рекорды, и в результате которой узница, однако, заметно округлилась. Озабоченные российские собкоры дружно облачились в майки с хештегом #FreeSavchenko — ну совсем как их либеральные коллеги времен суда над летчицей в Ростовской области. И теперь уже вроде как некомильфо вспоминать такие заслуги пассионарной дамы, как убийство двух отечественных журналистов, не говоря уж о пытках ополченцев. Об этом в России благополучно забыли, ну кто они — эти ополченцы, и кто — Савченко, пишущая из киевского СИЗО проникновенные послания следующего содержания:
«Только российские СМИ поддерживают, а украинские засунули язык в …, по европейски, — негодует по поводу малолюдности организованного в Киеве сестрой Верой пикета в ее поддержку Надiя. — Только Россия беспокоится о моей судьбе. Больше никто. Нонсенс? Нет. Это есть совершеннейший показатель того, кто сейчас в мире на стороне добра, а кто продался дьяволу».
И все это замечательно, когда твой вчерашний идейный противник прозрел и принял условную сторону света, но… Все это смотрелось бы уместно и даже умилительно, если бы те же росийские журналисты и офциальные лица сказали хотя бы слово о как минимум двух десятках российских граждан, томящихся в украинских застенках. Добровольцев, гуманитарщиков, активистов. Это люди в свое время сделали осознанный выбор в пользу Русского Мира. В отличие от Савченко, столь заботливо пестуемой российскими СМИ, они ни не убивали и не пытали русских людей. Просто они не побоялись встать под пули, пока отечественные дипломаты примеряли новые брендовые пиджачки, а рядовые россияне решали, что выбрать — гироскутер или самокат.
Самое неприятное во всей этой истории заключается в том, что к этим людям даже пустой формальности ради не приходят чиновники из российских консульств. Впрочем нет, к выжившему в Доме Профсоюзов гражданину РФ Евгению Мефедову российский консул один раз все-таки пришел, и даже принес какие-то карамельки… Правда, сидит парень, арестованный укрокарателями прямо в больнице после того, как надышался угарными газми и получил ожог руки, уже пятый год, и его оправдывал даже украинский суд, потому как формально обвинить его не в чем — он просто голыми руками защищал свою жизнь от озверевшей толпы нацистов… Но истории этой нет конца, да и родное отечество никакой особой принципиальности по его делу не проявляет. Да и в целом не предпринимает ничего.
Другой россйиский гражданин, ополченец Виктор Агеев, захваченный украинскими диверсантами, представителей российской власти и в глаза не видел. Процесс над ним если и обсуждался в российской прессе, то исключительно в либеральной, которая все пыталась увидеть в нем пресловутого представителя «оккупационных войск», которые она уже несколько лет пытается отыскать на Донбассе, да все никак не найдёт. В итоге парень получил свои десять лет за «терроризм» и «хранение беприпасов», мог бы получить и больше, но на его счастье, в реальных боях ему поучаствовать не довелось, он просто с оружием в руках охранял объекты военной и гражданской инфраструктуры.
Другой узник, петербуржец Игорь Кимаковский, и вовсе оружия в руки не брал. Выходец из Донбасса, руководитель Центра компьютерных технологий Санкт-Петербургского государственного аграрного университета, он с самого начала агрессии Украины против народных республик стал активно помогать последним гуманитарной помощью. Однажды был ранен, но это не остановило его, а в 2015-м, везя гуманитарный груз в разрушенное боями Дебальцево, он случайно заехал на блокпост ВСУ. Игоря обвинили в «ведении агрессивной войны против Украины», «финансировании терроризма» и «участии в террористической организации». Прошло три года, но суда так и не было, поскольку пристягнуть к Кимаковскому подобные обвинения довольно сложно.
«Мне пришлось пройти через пытки, клевету, подвалы СБУ, недоверие друзей, непонимание самых близких мне людей, бесконечные обыски, месяцы замкнутого пространства в духоте и без солнца, голодовки, — написал российский узник в своем дневнике. — Сломало меня это? Нет! Укрепило в вере в то, что мы делали правильное дело. Смотря сегодня украинские зомби-каналы и оглядываясь на прошлое, убеждаюсь — делал всё правильно и ни о чём не жалею».
В декабре 2017 Мефедова, Агеева, Кимаковского (всего пятнадцать граждан России) должны были обменять на украинских военнопленных. Их уже практичеки довезли к месту обмена, но в последний момент курирующая этот процесс с украинской стороны кума Порошенко Ирина Геращенко завернула их кандидатуры, и ребят снова развезли по тюрьмам. Киев решил держать их как заложников, дабы обменять впоследствии на арестованных в России собственных террористов и шпионов, таких как Сущенко, Сенцов, Кольченко. Из имен последних Украина лепит новых героев взамен внезапно «испортившейся» Саввченко, эти фамилии звучат как с высоких киевских трибун, так и в ходе междунродных мероприятий и переговоров. А вот имена Мефедова, Агеева и Кимаковского не звучат нигде, кроме групп в соцсетях, созданных в их поддержку. И маек с их фамилиями никто не носит.
Преобразившаяся Савченко — это, конечно, хорошо. Но, может быть, пора уже условной стороне света начать жить не по соображениям политической конъюнктуры, а по совести?
Алексей Топоров