В «бархатной революции» в Армении возникла пауза, и в западных СМИ задаются вопросом: будет ли продолжение, или «революция» получит завершение модификациями во власти в результате выдвижения компромиссной фигуры на пост премьера и во внеочередных парламентских выборах. Между тем, оппозиция призывает правящую Республиканскую партию отказаться от своей власти, а пост премьера передать лидеру уличных протестов Николу Пашиняну. Иначе уличные волнения будут продолжены. Обозначен новый поворот событий «бархатной революции» в Армении.
Здесь нельзя не заметить, что кризисные политические события в Армении не вызывают большого интереса у западных медиа, хотя эта место действия с севера непосредственно граничит с самым кризисным районом части Ближнего Востока. Сирия, курды и американское военное присутствие, участвующие в конфликте Турция и Иран — все это расположено тут же рядом, можно сказать, в непосредственном соседстве. Весьма показательно, что такое ведущее американское глобальное издание, как New York Times только ограничилось политической хроникой событий в Армении, разместив у себя сообщения ИА Reuters. Даже основной американский ресурс «умной» внешнеполитической аналитики — издание Foreign Affairs пока никак не отозвалось на события в Армении. В общем, а там, где это есть, в подавляющем большинстве экспертные заключения в западных СМИ, если они отвлекаются от прямого описания событий, сводятся к двум основным моментам: первое — специфика «бархатной революции» в Армении в связи с особенностями страны; и уроки «бархатной революции» в Армении для организации подобного рода социальных волнений вообще и для России, в частности. Довольно общим местом стало утверждение, что при отсутствии стабильного государства и при наличии кризисного общества любые конституционные реформы весьма опасны, если они преследуют чисто конъюнктурные цели для обслуживания действующих политиков. Разумеется, от прихода в Армении во власть «оппозиции» ждут некоего «улучшения отношений» Еревана со странами Запада. А разве отношения эти плохие? Ничего тут конкретного сказать не могут, хотя и признают, что основные лозунги оппозиции олицетворяют «европейские ценности». Но при этом все западные комментаторы уверены, что каким бы ни был исход противостояния в Армении, Россия сохранит сильные позиции в этой стране. И последнее обстоятельство связано не с самой Россией, а — Арменией.
Теперь о конкретных нюансах. На американском ресурсе foreignpolicy.com была опубликована статья Томаса де Ваала под названием «Иногда армянские протесты — это просто армянские протесты». Не всякая постсоветская революция связана с геополитикой России, подытоживает автор. Де Ваал, фактически, признает, что т. н. «цветные революции» на пространстве СНГ являются инструментами геополитики Запада, направленными против Москвы. С этой точки зрения де Ваал как раз и оценивает «нетипичность» армянской «революции», которая будто бы не носит «оранжевый» характер: «Мы не должны ожидать, что это приведет к геополитическим последствиям за пределами Армении, и мы не должны рассматривать это событие как сигнал к упадку России или в качестве признака возможного вмешательства России. Падение Саргсяна не связано с геополитикой. В лучшем случае это признак того, что постсоветские режимы не так прочны, как они выглядят издалека. Старые режимы региона прекрасно способны обрушиться мирно без каких-либо толчков извне».
Отчасти, по мнению де Ваала, подобное обстоятельство связано с конкретной спецификой страны. Геополитическая ориентация на Россию, обусловленная фундаментальными проблемами безопасности страны, сочетается с наличием влиятельной на Западе и, в частности, в США армянской диаспорой. Эта двойная «открытость» и определяет особенности балансирования Армении между Западом и Россией. Де Ваал пишет: «Армения — сложная страна. Она не вписывается в принятую международную категорию. Она небольшая — всего лишь 3 миллиона человек, но имеет обширную диаспору от Бостона до Бейрута. Это союзник России, но с сильной связью посредством своей диаспоры с Калифорнией и Конгрессом США. Несмотря на то, что армяне в подавляющем большинстве христиане, они имеет хорошие отношения с Исламской Республикой Иран. Народ Армении беден, но высокообразован, а его нынешняя политическая система не авторитарна и не демократична». На протяжении всего постсоветского периода эмиграция играет роль клапана для снижения недовольства в стране.
Какие цели мог бы преследовать трансформированный режим в Армении? Де Ваал полагает, что «новая оппозиция хотела бы уменьшить экономическое влияние России над экономикой, но это отдельный вопрос». Кроме того, лидер оппозиции Пашинян будто бы не согласен с консенсусной линией политического истеблишмента, который «выступает против уступок в отношении Карабаха». Де Ваал видит, что «между твердой политической системой и буйным, но дезорганизованным общественным движением начинается какой-то жесткий переговорный процесс. Россия будет немного нервно наблюдать этот процесс, посылая тихие сообщения, чтобы напомнить очередному правительству Армении, что его единственный настоящий друг все еще находится в Москве».
Германский Spiegel аналогично смотрит на армянские события, также обращая внимание на специфику армянских условий: «В вынужденной отставке Саргсяна трудно увидеть типичную „цветную революцию“ по образцу других постсоветских государств, где прозападные силы свергают пророссийских автократов. Саргсян никогда не был автократом, а термин „пророссийский“ не имеет смысла в Армении». Идет смена правительства в Армении — в стране, которая опирается на Россию, а сама «Россия внимательно наблюдает протесты, хотя и с внешней невозмутимостью». Лидер протестов говорит о продолжении «революции» к ее логическому завершению — передаче власти «народу». Но в Spiegel задаются вопросом: что бы это означало на практике? Наблюдаемый баланс сил озадачивает, почему отставка Саргсяна прошла так легко (!).
В связи с обозначенной проблемой лидерства в «революции» корреспондент в Ереване германского издания Sueddeutsche.de Юлиан Ханс обращает внимание читателей на то обстоятельство, что человек, «потрясающий Армений» — Никол Пашинян внешне может показаться бродягой. «Можно сказать, что Пашинян начал это движение как бродяга». С точки зрения Ханса на движении и его лидерах лежит неустранимая внешняя печать маргинальности.
Обозреватель Леонид Бершидский в своем обзоре по армянским событиям в Bloomberg также пишет о специфических особенностях Армении, которые и определяют не только результат, но и конкретную динамику кризисных политических событий. Бершидский полагает, что «учитывая решение Саргсяна уйти в отставку, нет оснований говорить о перевороте. Там также нет никаких следов западного вмешательства. Протестующие не получили общественной поддержки ни от каких-либо иностранных лидеров». Бершидский, по-видимому, ожидает, что в случае прихода к власти в Ереване Пашиняна единственным возможным полем трений с Россией станет экономика. В частности, Бершидский утверждает, что «сильные экономические связи с Россией стали одной из причин медленного восстановления экономических показателей после 2009 года». Россия является причиной стагнации в Армении?
Ами Ферри-Ротман в своей статье в Washington Post под заголовком «Армянская революция вступает в новый этап, с которым приходится считаться России» также отмечает такую особенность армянских событий, что «в отличие от „цветных революций“ в Грузии и на Украине, которые были вызваны уличными демонстрациями и против которых Россия решительно выступала, восстание здесь в Армении было встречено гораздо более взвешенным ответом Кремля». «Мирная бескровная революция Армении уже стала уникальным случаем на траектории развития бывших советских стран». Тем не менее, Пашинян в случае прихода к власти вынужден будет продолжать внешнюю политику своего предшественника с опорой на Москву.
Аналогичную позицию занимает и автор в британском Telegraph, который согласен с тем, что «протесты не могут рассматриваться как прозападная революция», хотя «протестующие и объявили „бархатную революцию“ в чешском стиле». Но, тем не менее, «отставка Саргсяна будет беспокоить Кремль и выверять нынешний геополитический баланс в регионе Кавказа — волатильном регионе между Россией, Турцией и Ираном».
Корреспондент британской Guardian в Ереване Эндю Рот также полагает, что Россия «взволнована», хотя внешне и не демонстрирует это. Рот пишет: «Россия, которая имеет глубокие военно-экономические связи с Арменией, развернула дипломатию, чтобы снизить противостояние между правительством и возглавляемой Пашиняном оппозицией». «Только Россия — бывший защитник христиан в регионе и работодатель для многих армян, может гарантировать безопасность. Но Армения также тесно связана с Западом благодаря большой диаспоре, особенно во Франции и Калифорнии».
Теперь об «уроках» армянской революции. Леонид Бершидский в Bloomberg считает, что они имеют персональный характер и адресованы президенту России Владимиру Путину — это если тот попытается остаться у власти после 2024 года через конституционную реформу институтов власти в России.
В общем плане об уроках «бархатной революции» в Армении попыталась рассуждать известный медийный эксперт по Восточной Европе и постсоветскому пространству американка Энн Эпплбаум — известная еще по совместительству в качестве супруги польского экс-министра Радека Сикорского. 26 апреля она прокомментировала в Washington Post события в Армении. Обзор Эпплбаум «Власть народа сработала в Армении. Она не будет работать всюду» — это, скорее, теоретическое размышление на тему, почему одни уличные демонстрации бывают успешными, а другие — нет. Разумеется, Эпплбаум полагает, что в Армении на улице действует «сила народа». Это протест против «двуличного захвата власти» многолетним главой коррумпированного режима. Но почему тогда, размышляет Эпплбаум, на каждую успешную демонстрацию «уличной демократии» может о приходиться столько же, которые потерпели неудачу? «Иногда эти демонстрации терпят неудачу, потому что их требования слишком широки, и они не улавливаются. Иногда они терпят неудачу, потому что режим использует насилие, чтобы остановить их, и люди боятся. Иногда они терпят неудачу, потому что недостаточно занять общественное пространство. Через некоторое время люди устают, сограждане хотят, чтобы улицы были очищены и каждый должен вернуться к работе». Эпплбаум видит ограниченность уличных акций протеста, при этом так и не вспомнив теорию «черного лебедя» Нассима Николаса Талеба. Эпплбаум полагает, что уличное движение должно или стать политической партией, или присоединиться к ней. Уличные лидеры должны стать политиками и в демократиях им нужно побеждать на выборах. В политическом вакууме, таком как сейчас в Армении, считает Эпплбаум, уличным лидерам нужна стратегия. Преобразование стремления к переменам в более справедливое общество — это долгий проект, который требует, чтобы люди работали много лет, а не просто появлялись на улицах в течение нескольких часов. Но, тем не менее, после столь пессимистичной ноты в отношение «прогресса» в Армении посредством «власти народа на улицах» Эпплбаум полагает, что «демонстрации имеют значение даже тогда, когда они не преуспевают: они подбадривают людей, распространяют солидарность, вдохновляют людей». Правда, дальше Эпплбаум делает весьма значимую оговорку: «Время от времени они достигают чего-то драматического». Следовательно, эксперт в Washington Post не исключает возможности драматического разворота событий в Армении.
Ну, и наконец, отметим еще одно важное обстоятельство, отмеченное в западных СМИ. «Революционные» события в Армении совпали с очередной годовщиной турецкого Геноцида армян во время Первой мировой войны. На фоне выгодного для армян информационного поля представители армянской диаспоры в США в лице известной модели Ким Кардашян прямо обратились к президенту США Дональду Трампу с предложением признать Геноцид, совершенный против армян. И подобное обращение, разумеется, было замечено в мировых СМИ. Ранее, еще до армянских событий, экс-президент Барак Обама также публично высказал сожаление о том, что он в бытность президентом не признал факт армянского Геноцида. Признание США армянского геноцида, предварительно подкрепленное фактом «бархатной революцией» в Ереване, вполне может приблизиться в связи с продолжающимися трениями между США и эрдогановской Турцией. Армянской диаспоре в США просто нужно продолжать свои усилия, указывая на стремление армянского народа к «европейским ценностям» на улицах Еревана.
Закавказская редакция EADaily