Эдуард Субоч — чемпион СССР-1988 по прыжкам на лыжах с трамплина, ныне судит этот фантастически красивый и интересный зимний вид спорта (многие даже считают, что самый красивый и самый интересный). При этом ещё и является советником первого вице-президента Федерации хоккея России (ФХР).
фото: facebook
Разумеется, мы начали нашу беседу в «МК» с Пхёнчхана, с ОИ-2018 и с хоккея, где наша команда завоевала долгожданное золото. А потом уже перешли к прыжкам с трамплина, полётам на лыжах и так далее… Да и вообще Эдуард Анатольевич — собеседник очень интересный, только успевай записывать!
«Касаи — 45 лет, а он ещё на две Олимпиады собирается!»
— Игры в Южной Корее в целом понравились?
— Очень понравились. По сравнению с Сочи они, может, и не выдались такими масштабными и красочными, на наших-то родных Олимпийских играх получился просто суперпроект. Но в Корее было всё равно очень дружелюбно, местные хорошо относились и к болельщикам, и к спортсменам. Поддерживали, прикрепляли наши флаги к своим курткам. Ходили с погремушками в цветах российского триколора… Но вот трибуны — не полные, не было аншлагов. Билеты свободно можно было купить в кассе: бедные спекулянты, я думаю, обанкротились.
— Чувствовалась ли напряженность по отношению к олимпийским атлетам из России?
— Про спортсменов не скажу, я впервые был на Играх как болельщик и смотрел на всё с трибун. Хотя на прыжках с трамплина, фристайле и сноуборде мне удалось попасть в тренерский сектор и посмотреть на них с профессиональной точки зрения. Думаю всё же, что спортсмены чувствовали напряжение, все эти проблемы с ВАДА (Всемирным антидопинговым агентством) явно давили на них. Но я горд, что в лыжных гонках юниорами по сути мы создали конкуренцию норвежцам и привезли столько медалей!
— Как можете оценить выступления наших прыгунов? В очередной раз медалей мы так и не привезли…
— Это правда, но у нас москвичка Ирина Аввакумова заняла четвертое место. Очень уверенно прыгала, но, к сожалению, немного ей не хватило до бронзы. Притом олимпийская чемпионка Сочи немка Карина Фогт заняла лишь 6-е место. Ирочка наша, кстати, сразу сказала, что будет тренироваться еще четыре года, чтобы свое имя сохранить в олимпийской истории…
— Шанс есть?
— Самое главное, что у нее есть — это отличный тренер Роман Керов. Вот как он ее к себе взял в юном возрасте, так и ведет без каких-то катаклизмов и скандалов. Очень рад, что тандем Аввакумова — Керов работает удачно. С мужской командой и особенно двоеборцами у нас гораздо хуже. В команде в прыжках, правда, седьмые, обыграли финнов. Можно сказать, что и у них в команде кризис. Были же там и олимпийские чемпионы, и чемпионы мира, а легендарный Матти Нюкянен у меня на глазах брал три золота в Калгари-1988.
— Норвежцы же никогда не выигрывали командный турнир, правда? Лишь с 9-го раза смогли… Это стечение обстоятельств?
— Да, в Норвегии каждый год появляется новый хороший прыгун. Да, у них большая скамейка, как говорят в футболе и хоккее, хороший резерв то бишь. Каждый может показать хороший результат. Но я бы перед Пхёнчханом не сказал, что они выиграют. Лидеры сейчас — немцы и поляки, у которых суперпоколение.
А тут раз — и норвежцы выстрелили! Они себя проявляют на полетах лучше всего, к слову. Какой-нибудь молодой как даст под 250 метров…
— На полете больше элемент случайности, чем на обычном трамплине? Почему чаще молодые выстреливают?
— Это не элемент случайности, а умение летать, как у птицы. Чтобы этому научиться, надо быть бесстрашным: небольшое движение или испуг — и всё, проваливаешь приземление. Когда я выступал на Кубке СССР на Сахалине, там были сумасшедшие ветра. Ребята, у которых были уже жена и дети, глядя на погоду, говорили, что не будут прыгать. Один получает приличную «пачку», это мы так на сленге падения называем, а следующий сразу снимает лыжи… А мне было 19 лет, абсолютно все равно: пошли они или не пошли, упали или нет. Просто жажда победы. Два года подряд я там выигрывал.
— Но там же был не полетный трамплин?
— Нет, не полетный, но большой, хороший. Полетный был в Красноярске, там тоже всегда были сильные ветра. Но в 1985 году он сгорел, как раз провели последний чемпионат СССР по полетам и Вадим Захаров, горьковский прыгун, поставил рекорд — 154 метра, который очень долго держался. Я сам из Красноярска и когда мне было 10-11 лет, я сбегал из школы, очень хотелось посмотреть на соревнования. Охрана не была помехой. Правда, чтобы попасть туда, надо было залезть высоко в гору, по сугробам по пояс… Но воспоминания сумасшедшие. Мы все тогда были хулиганами!
— А оценка же складывается из двух факторов: дальности полета и техники?
— Раньше было так, а в наши дни много факторов. Ветер: если встречный, то отнимают очки, если попутный, то прибавляют. Поэтому такая путаница для болельщиков, которые видят дальний прыжок, а очков-то меньше у спортсмена. Также очки прибавляют в зависимости от точки старта. Тренер может сам принять решение опустить стартовую планку, беспокоясь за здоровье спортсмена, чтобы прыгун не улетел далеко. За счет того, что он стартует ниже, скорость меньше — и ему прибавляется коэффициент. Во время соревнований, если ребята начали показывать очень далекие прыжки, чтобы их обезопасить, судьи тоже могут опустить вышку. Есть жюри, которое такое решение принимает.
— Японцу Касаи 45 лет, а он хочет побывать еще на двух Олимпиадах! Возраст прыжкам не помеха?
— Мне кажется, это здорово, но долголетие Касаи удивляет, конечно. В наше время рекордом считалось участие на 4 олимпиадах.
— Так сложилось, что у нас единственная олимпийская победа в прыжках с трамплина и вообще единственная медаль была в Гренобле-1968… Почему?
— Хороший вопрос, над которым бьются умы лучших тренеров. Почему у нас нет прогресса, где молодежь, где результат? Раньше пеняли на то, что нет трамплинов, экипировки, международного опыта. Сейчас это все есть, а вопрос остается тот же. Думаю, сказывается, что у нас количество занимающихся крайне низкое по сравнению с другими видами спорта. Сейчас занимается около 2 тысяч человек профессионально. Из 25 городов, где культивировались прыжки с трамплина в СССР, осталось не больше 10. А ведь все начинается с детского спорта. Родители первым делом ведут туда, что рядом с домом.
— А если сравнивать с той же Германией, Польшей или Норвегией?..
— У нас занимающихся меньше в десятки раз!
«Просто на духе русском проскочили, на русском мужике»
— Очень жаль, что в Нижнем Новгороде, главном поставщике кадров в советское и нынешнее время, нет трамплина уже лет 10. Старый снесли, выделили средства на новый, залили бетон — и всё закончилось. Теперь там просто бетонная гора. Бывший губернатор любил хоккей, может, поэтому на трамплин и не пошли деньги?
— Вернёмся в Пхёнчхан: есть свои особенности у корейского трамплина?
— Сейчас существует единый стандарт больших и малых трамплинов, они все примерно одинаковые по конструкции, по разгону, по высоте стола отталкивания… Так что, думаю, что он не отличается от сочинского. Ну и судя по результатам: поляк Камил Стох выиграл там, потом выиграл здесь, значит — одинаковые (улыбается).
— Но там у него было две золотые медали, а в Корее — одна.
— Он тут тоже лидировал после первой попытки. Мог бы стать 4-кратным, если бы не немец Андреас Веллингер…
— Это сенсация – олимпийская победа Веллингера на малом трамплине?
— Ну точно не сенсация. Он же выигрывал этапы Кубка мира, он один из лидеров немецкой команды, результат закономерен. Но… Мы вот надеялись на Аввакумову. Почему? Такой же «Стох», но в женской дисциплине мог совершить ошибку — и наша сразу бы была в призах. Вот так и у Веллингера. Он сам наверняка не ожидал. Так искренне плакал, не мог поверить, что это случилось! И я за него очень рад. В общем, его триумф не случаен, он к этому долго шел, хоть и были обстоятельства, которые ему помогли.
Вообще удивился, что всего 4 страны на Олимпиаде завоевали медали. Германия, Польша, Норвегия и Япония. А куда делись австрийцы, которые всегда были в лидерах? Словенцы с их сильнейшей школой? Но так бывает, что подошли к Олимпиаде не на пике формы.
— Какие впечатления от Олимпиады как у болельщика? Многие говорили, что нам туда ехать не стоит, мы лишние на этом празднике… Чужие мы были или все-таки на своем месте?
— Молодцы, что дали спортсменам самим принять решение: ехать или нет. Не зря люди поехали, получили просто колоссальнейшую поддержку от болельщиков. Было здорово видеть такое количество людей на трибунах из Москвы, Питера, Владивостока, Благовещенска… С Дальнего востока болельщики прилетали на маленьких самолетиках, даже не знал, что такие есть. Они, оказывается, туда летают запросто, как мы по России, Москва — Самара, допустим. Много флагов, речёвок, песен… Это было грандиозно!
— В целом было ощущение, что к России как-то не так относятся? У нас же по этому поводу нагнеталась истерия…
— Да, я слышал об этом. Истерии там точно не было. Были инциденты на хоккее, но лишь отдельные. Больше скажу: было много и канадцев, и американцев, которые после вылета своих болели за Россию, присоединялись к нам и скандировали. Помню один из немногих конфликтов: американец пытался выкрикивать вместо нашего скандирования «Россия, Россия!» аббревиатуру – ОАР. Хотел сумничать и спровоцировать. Зря он это делал, наши болельщики были немного на взводе — чуть не попал под каток (смеётся).
— Что еще запомнилось?
— Я очень рад, что попал на лыжный фристайл. Перед началом турнира созвонился с главой Федерации фристайла России (ФФР) — Алексеем Курашовым. «Приезжай, у нас может быть медалька!» — сказал он. Конечно же, я не мог такого пропустить. Это было незабываемо: ночные прыжки, тренерская зона, эмоции кипят! Сразу двое ребят завоевали бронзу в разных дисциплинах: ски-кросс и трамплин.
— На хоккее были на всех наших матчах?
— Да — и на женских, и на мужских. Эмоции — особенно после победы — фантастические! А уж то, что ребята несмотря ни на что исполнили гимн — просто здорово, классный такой завершающий аккорд Олимпиады получился! Один немец пытался посвистеть во время исполнения гимна, но ему на чистом английском объяснили, что ему делать и куда идти. В общем, заставили немца убежать…
Все ожидали, что в финале с Германией будет легкая игра. Но на самом деле здорово, что не выиграли 3:0 или 5:0, потому что тогда бы в прессе писали, что только наша сборная звезд привезла, а хоккейный турнир был слабый. Кстати, многие хоккеисты, с которыми я общался по приезду домой, говорили, что немцы играли четко, жестко, организованно. Поэтому и получилась такая ровная борьба. А мы просто на духе русском проскочили, на русском мужике. То, что сотворил Никита Гусев меньше, чем за минуту, до конца встречи, будут помнить еще долго… А Капризов и его золотой гол? Красавец! Мы в Корее на фигурном катании с его родителями познакомились. Оказалось — тоже сибиряки, как и я, это сплачивает. С тех пор — переписываемся, общаемся.